Слово пастыря о пассии

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Воскресными вечерами Великого Поста православные христиане собираются в храме, чтобы принять участие в очень красивом и содержательном богослужении  – чинопоследовании Пассии.

Слово «Пассия» происходит от греческого слова «страдание». И как понятно из названия все происходящее на Пассии рассказывает нам о страданиях Христа, событиях Страстной седмицы. Весь Великий Пост посвящен подготовке к Пасхе, светлому Христову Воскресению. Не прочувствовав душою всего трагизма последних дней земной жизни Спасителя, не пережив духовно ужас  чудовищного преступления рода человеческого, так жестоко отвергшего и убившего своего Бога, и в то же время не склонившись благоговейно пред удивительной божественной любовью и всепрощением, мы не сможем воспринять всем сердцем пасхальную весть и приобщится радости победы Христа над смертью. Участие в чинопоследовании Пассии дает возможность в течении всего Поста проникновенно и вдумчиво соучаствовать в этих событиях, размышлять над ними, подготавливаясь к Страстной седмице и Светлому Христову Воскресению. Это ни в коей мере не заменяет богослужений Страстной седмицы, хотя для тех, кто по каким либо независящим о них причинам не сможет быть в храме в Великие дни Страстной седмицы, это прекрасная возможность проникнутся духом Страстной и таким образом духовно подготовиться к Пасхе.

Пассия совершается четырежды, по числу Евангелий, воскресными вечерами со Второй по Пятую недели Великого Поста. В суточном круге богослужение посвященное страданиям Христа занимает место вечерни и начинается как обычная вечерня. Возглашается особый великий прокимен, («прокимен» означает «предшествующий») после него читается молитва «Сподоби Господи в вечер сей без греха сохранитися нам…». Затем просительная ектенья, состоящая из различных прошений Богу, после нее поется особое песнопение из Богослужений страстной седмицы, в котором очень сжато и точно выражается суть всего, что будет происходить далее. В русском переводе оно звучит так:  «Тебя, одевающегося светом, как одеждою, / Иосиф, сняв с Древа с Никодимом, / и видя мертвым, нагим, не погребенным, / начав в глубоком сострадании погребальный плач, / с рыданиями возглашал: / «Увы мне, Сладчайший Иисусе! / Тот, Кого недавно узрев висящим на Кресте, / солнце мраком облекалось, / и земля от страха колебалась, / и разрывалась завеса храма. / Но вот, я ныне вижу Тебя / ради меня добровольно принявшим смерть. / Как я буду погребать Тебя, Боже мой, / или как полотном обовью? / И какими руками прикоснусь к нетленному Твоему телу? / Или какие песни буду петь ради Твоей кончины, Милосердный? / Прославляю страдания Твои, / воспеваю и Твое погребение с воскресением, восклицая: / Господи, слава Тебе!»

Затем читается Акафист о страданиях Христа, еще один прокимен (о том, как одежды распятого Христа делили и бросали жребий), и читается отрывок из одного из Евангелистов о последних событиях земной жизни Иисуса Христа, его распятии, смерти и погребении.

Слушая эту хорошо знакомую евангельскую историю мы можем не дивится терпению и милосердию Богочеловека Христа понесшего такой тяжелый крест нашего ради спасения. В момент тяжелейших мук не проклинал своих мучителей, не угрожал адскими муками, а смирено молил Отца о прощении неразумных. Какой же великой ценностью и огромным значением обладает человек в очах Божиих, что Он ради нас добровольно пошел на эти страдания, хотя мог бы в любой момент призвать и множество ангелов на свою защиту. Мог бы и сам своей силой и могуществом противостоять любой человеческой силе, как он повелевал ветрами и бурями, болезнями и самой смертью. Но Его Божественная воля, заключающаяся в безграничной и безусловной любви к нам, а также в глубочайшем смирении перед тайной свободы человека состояла в том, чтобы разделить с нами не только человеческую жизнь, но и самую смерть, и предшествующие смерти предательство, одиночество, страх, боль и даже богооставленность. Не будучи повинен ни в одном грехе, взял на себя все последствия нашего греха, которые настолько укоренились в нашей природе, что никакие моральные принципы, никакое воспитание, никакие высокие призывы не смогли бы и не могут изменить это поврежденное состояние. Наша болезнь оказалась настолько страшной и неизлечимой никакими человеческими силами, что потребовалась помощь Богочеловека. И не просто помощь или советы, а полное принятие Богом человеческой природы чтоб восстановить и исцелить ее в самом себе. А это и означала разделить с нами все последствия нашей болезни греха.

Участвуя в Пассии, слушая Акафист посвященный Страданиям Христа, отрывки из Евангелия, где описываются сами эти страдания, мы не можем не ужасаться, почему же так жестоко, так ужасно, так бесчеловечно случилось все это? Почему же такой путь нашего спасения избрал Христос? Почему не сделал иначе, или хотя бы, если уж надо было умереть, смерть принял более легкую. Гитлеровские человеконенавистники в концлагерях проводили огромное количество ужасающих экспериментов над людьми с целью выяснить, какая казнь самая мучительная. В том числе было устроено множество распятий и все что происходило с людьми во время казни, фиксировалось. Некоторые документы об этих исследованиях стали известны нам после победы над фашизмом. Более долгую и мучительную казнь для своих братьев уже очень сложно было придумать. Во времена Христа эта казнь было общепринята в Римской империи, и хоть казни вообще не были отменены после принятия христианства, но смерть на кресте надолго ушла в историю именно благодаря тому, что именно к такому виду казни был приговорен Христос. Не Он выбирал такую смерть, это мы, люди,  выбрали такую смерть для Него.  Он же, имея возможность позвать на помощь легионы ангелов, смирился и понес свой крест нашего ради спасения, зная, что, благодаря этому, через несколько поколений людям больше не придется умирать на крестах. В этом состоит еще одна сторона тайны глубочайшего божественного смирения, его любви к каждому человеку, его желания разделить с нами все, даже самое страшное и мучительное, если  это поможет нам страдать меньше. Даже если это облегчение касается только нашей земной временной жизни и условий нашего существования на земле, а не только спасения наших душ в жизни будущей.  Среди верующих в Бога людей находятся те, кто утверждает, что Бог – карающий меч, посылающий страдания, желающий чтобы люди мучились и терпели, будто в этом и состоит воля Божья в отношении человека, чтоб на этом свете только страдать, зарабатывая, таким образом, себе награду на том. Но эти доводы разбиваются о тайну крестных страданий Богочеловека. В Евангелии, читаемом на Пассии, мы слышим, как Христос отнесся к своим мучителям и распинателям, как простил разбойника, с какой любовью и всепрощением отнесся к предателю Иуде и струсившим и разбежавшимся апостолам. Мы знаем, как и до этого во время своей земной жизни Он старался всем помочь, облегчая всяческие страдания как физические, так и моральные, помогая не только в духовных или жизненно — важных вопросах, но и во вполне повседневных человеческих трудах и нуждах, например в рыбалке. Для многих вопрос о соотношении счастья в земной жизни и блаженства в жизни будущей звучит как «или то или другое». Но это в корне неверный подход. Не было бы тогда пропитано все Священное Писание, все предание церкви, весь богослужебный круг идеей милосердия к ближнему, не призывала бы тогда так усердно церковь утешать и облегчать страдания всех страждущих, кормить голодных, посещать больных и сущих в темницах, подбадривать унывающих и утешать горюющих.  Человечество придумало немало учений для оправдания человеческих страданий и нахождения в них смысла. Как, например, восточное учение о карме, согласно которому каждый испивает достойную ему чашу страданий, чтоб очистить душу и подготовить себе лучшую будущую жизнь. После жертвы Христа страдания человека уже не имеют смысла, как и не имеет разумного смысла грех и зло. Это хаос, отсутствие и отрицание добра, порождение нашей неправильно использованной свободы, а не творение Бога. И нет воли Бога на то, чтобы мы страдали, это последствия нашей свободной воли, нашего выбора, а после Смерти и Воскресения Христа еще и непонимание и неприятие того спасения, которое даровал нам Богочеловек Христос. Будем же благодарить Бога за его милость и любовь к нам, за то как важен каждый из нас во всем нашем разнообразии для Него, как Он стал близок к нам и как неважны стали наши несовершенства в свете того как Он любит и принимает нас. Давайте же отвергнем страх и поверим, что Бог есть Любовь. Откроем дверь своего сердца и впустим Бога в свою жизнь, позволим Ему стать нашим руководителем, наставником, любящим Отцом. Поверим, что если Бог войдет в нашу жизнь, то наша жизнь не станет хуже, мы не потеряем ничего доброго, прекрасного, чем мы можем утешаться в земной жизни, и нам не придется делать трудный выбор между жизнью «тут» и «там». Бог в состоянии помочь нам и сделать нас счастливыми и в этой жизни и в жизни будущей. Да будет Он благословен отныне и на веки. Аминь!

25.03.16                                                                                  протоиерей Евгений Пейков

Комментирование запрещено